"Земельная вендетта" - из цикла к 70-летию Липецкого областного суда

Земельная вендетта

Цикл «Судебные истории» продолжит рассказ о двойном убийстве, совершённом из-за… нескольких метров земельного участка.

Как только не называют это десятилетие: злополучные, кровавые, криминальные, лихие… 90-е годы стали непростым временем и для страны, пережившей разлом, и для людей, которые потеряли культурные, экономические и ценностные ориентиры. Помимо бандитских разборок, между обычными людьми, ожесточёнными сложным бытом, тоже бушевали страсти. Именно такой историей о делёжке земельной собственности «Первый номер» продолжает цикл рассказов о необычных делах Липецкого областного суда, которые были рассмотрены с начала 50-х годов прошлого века и до наших дней.

Самодельный обрез

Погода в конце февраля выдалась тёплая, практически весенняя. Липчанин Евгений Моисеев (все имена и фамилии героев изменены из уважения к родственникам погибших. — Прим. ред.) вышел во двор своего частного дома и направился к гаражу. Мужчина уселся спиной к забору и, тихо бормоча себе под нос, начал что-то старательно выпиливать. Примерно через час работы поднялся и направился к гаражу. Там он оставил на полке инструмент и завернул изготовленную вещь в два слоя старой ткани.

Через пару дней, 3 марта, Моисеев на автобусе отправился в Жёлтые Пески — там у них с супругой был свой участок с небольшим домом. Мужчина ехал налегке — с собой взял лишь продолговатый свёрток. В автобусе, направлявшемся в село, среди пассажиров Моисеев заметил соседку по дачному участку –Марину Петрову. Вместо того чтобы поздороваться, он резко отвернулся от неё. Лицо мужчины внезапно исказила злоба. «Ничего, вы у меня ещё получите!» — еле слышно прошептал Моисеев. И сильнее сжал свёрток, в котором был тщательно замотан… обрез, сделанный недавно из охотничьего ружья.

Уголовка из-за гражданского

Марина Петрова, заметив соседа, тоже отвернулась. «Снова его к нам несёт! Может, придумал, чем ещё нам насолить», — недовольно подумала женщина. А «солили» соседи друг другу исправно.

Конфликт между семьями Моисеевых и Петровых возник давно. В 1991 году супруге Моисеева Ларисе от родителей достался земельный участок со старым сгоревшим домом. Муж и жена решили заново отстроить жилище и облагородить приусадебный участок. Когда соседи были в отъезде, Моисеев снёс их забор и сарай, отступив на несколько сантиметров от старой границы вглубь приусадебного участка. Вскоре Петровы вернулись и заметили несправедливость. Они пробовали договориться с соседями. Эмоциональные разговоры ни к чему не привели, и Марина Петрова в 1992 году обратилась с исковым заявлением в Правобережный районный суд.

Она потребовала у ответчика восстановить прежние границы земельных участков и снесённый сарай. Судебная тяжба всё длилась, а страсти между Петровыми и Моисеевыми накалялись, втягивая в свою орбиту других соседей, например Марусю и Алексея Петровых, а также живущего неподалёку Григория Камышина.

Железо, куры и ягоды

Соседи ходили в милицию с исками друг на друга, словно на работу. Споры из-за нескольких метров земельного участка обрастали новыми историями. Например, Лариса Моисеева утверждала, что в 1992 году Петровы обложили их дом соломой и хотели поджечь. Завершить задуманное помешали пожарные. В марте 1994 года из дома Моисеевых украли железо — супруги посчитали, что это тоже дело рук Петровых.

Моисеевы жаловались, что Петров в июле 1994 года облил ягоды на их участке жидкостью, которой обрабатывал картошку. Из-за этого Евгений Моисеев попал в больницу с тяжёлым отравлением.

Марина Петрова заявляла, что Моисеев в октябре 1994-го через забор насыпал корм её курам, а спустя пару часов 20 несушек одна за одной вдруг издохли. Перепуганные Петровы обратились к ветврачу, который при исследовании тушек нашёл фосфид цинка. Однако при детальном исследовании вина Моисеева так и не была доказана. Бытовые неурядицы оставались без внимания. Видимо, у милиции хватало других забот в неспокойные 90-е. Участковый просил соседей не жаловаться друг на друга, обещал решить всё миром. Заявления, которые стороны конфликта всё же приносили в милицию (среди них были жалобы и на угрозы убийством), оставались без внимания.

К слову, уже после произошедшей трагедии начальник управления внутренних дел администрации Липецка вынес приказ о наказании сотрудников милиции. В том числе и за то, что за год до кровавой расправы они оставили без рассмотрения заявление Евгения Моисеева о продлении разрешения на хранение оружия, а также не изъяли ружьё, срок лицензии на которое истёк. Двое стражей порядка были понижены в должности, двоим объявлен строгий выговор. В документе указано, что «грубые нарушения со стороны сотрудников УВД послужили одной из причин того, что не было предотвращено тяжкое преступление».

Дошли до точки

Последней каплей для Евгения Моисеева стало событие 2 марта 1995 года. Он приехал из Липецка в Жёлтые Пески и обнаружил, что его подвал открыт. Вся картошка, которая хранилась внутри, помёрзла. К тому же с крыши дома были сорваны четыре листа железа — они валялись на земле.

— Да чтоб вас всех!.. — выругался Моисеев. На эмоциях — в 90-е многих кормил именно огород — он решил ничего не исправлять, а вернуться домой в Липецк. Напоследок мужчина недобро взглянул в сторону соседей…

Добавка от соседа

...Вскоре автобус остановился в Жёлтых Песках. Петрова поспешила к дому на улице Советской. Моисеев же медленно брёл сзади. Он дождался, пока женщина зайдёт в дом, прислонился к забору и начал ждать.

В доме Петровых супруги мирно обедали.

— Может, добавки? — поинтересовалась у мужа Марина.

— Можно, — довольно протянул 61-летний Никита. — Только выйду покурить.

Мужчина взял со стола спички и отправился на веранду. Марина привычно хлопотала на кухне. Она поставила для мужа вторую порцию щей, наполнила чайник водой — супруги любили пить чай после обеда.

Однако Никита так и не вернулся за добавкой.

Дробный расчёт

Мужчина с веранды заметил своего соседа. Моисеев шёл прямо к дому Петровых. Никита не успел даже открыть дверь в жилище.

— Женя, не надо…

Раздался выстрел.

Марина услышала громкий звук и поспешила на веранду. Первым, кого она увидела, был лежащий на полу Никита. На его груди расплывалось кровавое пятно. Мужчина успел прохрипеть: «Марина, я готов…» — и скончался на месте. Затем онемевшая от испуга женщина заметила Моисеева с обрезом в руке, быстро юркнула в дом и спряталась — до приезда скорой и милиции.

Роковая осечка

Тем временем Моисеев шёл дальше — рассчитываться с другим соседом, 66-летним Алексеем Петровым. Всё произошло, как и в первом случае. Прогремели два выстрела в упор. Алексей рухнул. Он погиб не сразу — скончался через два дня в больнице.

Третьим соседом, к которому наведался Моисеев, был 40-летний Григорий Камышин. Со словами «Получи расчёт!» мужчина нажал на курок, но Камышин быстрым движением сумел отвести ствол обреза от своей груди. Заряд дроби попал ему в левую руку. Моисеев снова выстрелил, но произошла осечка. Григорий воспользовался этим мгновением и забежал в дом. Оттуда мужчина вызвал милицию.

Моисеев даже не пытался бежать. Он хладнокровно, с чувством выполненного долга, дождался милиционера, сдал ему обрез с боеприпасами и заявил, что совершил убийство. Причиной стало то, что «соседи поморозили всю картошку в подвале и сорвали с крыши листы железа».

Оружейное дело

31 октября 1995 года Липецкий областной суд под руководством судьи Николая Усика рассмотрел уголовное дело по обвинению 51-летнего липчанина Евгения Моисеева. По заключению баллистической экспертизы установлено, что оружие, изъятое при задержании у Моисеева, — это обрез двуствольного охотничьего ружья модели ИЖ-58М 16 калибра. При обыске в гараже у Моисеева была найдена часть ствола и приклада того самого ружья.

Выяснилось, что годом ранее, в 1994-м, Моисеев обратился в милицию, чтобы продлить разрешение на хранение охотничьего ружья. Однако его заявление не было рассмотрено, а ружьё никто у Моисеева не изъял. Суд указал, что эти грубые нарушения со стороны сотрудников милиции послужили одной из причин того, что не было предотвращено тяжкое преступление.

К слову, все виновные сотрудники липецкого УВД понесли наказание за грубое нарушение законов и отсутствие контроля за работой подчинённых. Они получили строгий выговор, а несколько человек были понижены в должности.

Проверка показаний

В судебном заседании Моисеев виновным себя не признал. Мужчина объяснил, что он якобы потерял сознание после того, как его избили Петровы. Но суд установил, что никто Моисеева не избивал.

А Григорий Камышин и вовсе в судебном заседании заявил, что 3 марта Моисеев действительно приходил к нему домой. Камышин увидел у знакомого обрез и решил отобрать его. Якобы именно из-за этого и произошёл случайный выстрел. «К Моисееву претензий не имею», — пояснил Камышин. Однако суд тщательно разобрал ситуацию. Выяснилось, что ранее на допросе Камышин указывал другую версию событий. Проанализировав показания 40-летнего мужчины, суд пришёл к выводу, что в процессе расследования Камышин давал правдивые показания. А вот в суде мужчина решил дать ложные показания, чтобы смягчить степень виновности Моисеева. Но попытки Камышина были тщетны: суд скрупулезно проанализировал все показания свидетелей.

Приговор за двоих

В итоге, рассмотрев все материалы дела, суд признал Евгения Моисеева виновным в незаконном ношении и изготовлении оружия, в покушении на убийство и умышленном убийстве при отягчающих обстоятельствах двух человек — Никиты и Алексея Петровых.

Липчанина приговорили к 15 годам колонии общего режима, удовлетворив гражданские иски потерпевших о взыскании материального ущерба и морального вреда

Жена Алексея Петрова не согласилась со столь, на её взгляд, мягким приговором. Она подала кассационную жалобу, в которой отметила, что «Моисеева надо лишить жизни». Защитник обвиняемого в свою очередь просил направить дело на новое рассмотрение. Однако приговор после рассмотрения дела в Верховном суде Российской Федерации в части назначенного наказания остался прежним.

Мирным путём

Рассмотрев уголовное дело, легенда липецкого правосудия Николай Иванович Усик в приговоре провёл четкую связь между продолжительным конфликтом соседей из-за границ земельного участка и страшным преступлением, ставшим апогеем гражданского спора. Он указал, что в распри двух семей были втянуты и другие жители села, которые привлекались в качестве свидетелей при рассмотрении гражданского дела.

Подобные судебные тяжбы из-за неправильно установленного забора, нескольких метров земли или даже тени от дерева, растущего на участке соседей, не редкость и в наши дни. Суды рассматривают большое количество таких исков. И часто судьи ориентируют стороны конфликта на решение спора мирным путём.

Достичь согласия истцам и ответчикам помогают профессиональные медиаторы и судебные примирители. Судебное разбирательство может продолжаться длительное время, а решение лишь восстанавливает законность, но не отношения между конфликтующими соседями, которые живут бок о бок. При этом примирительные технологии позволяют сторонам прийти к взаимоприемлемому решению конфликта, урегулировать спор и прекратить межличностный конфликт.

Кто знает, возможно, медиатор мог бы помочь примириться и двум семьям, оказавшимся в центре страшного преступления, если бы примирительные процедуры существовали в то время.

Лидеры в примирении

Липецкая область является признанным лидером в сфере применения примирительных процедур. В 2023 году с применением процедуры медиации районными судами было рассмотрено 387 гражданских дел, мировыми судьями — 187 дел, для прохождения процедуры медиации судьи направили к медиаторам 120 подсудимых по 118 уголовным делам.

Справка

Николай Иванович Усик в течение 42 лет занимал должность заместителя председателя Липецкого областного суда (с 1963 по 2004 год), рассматривая наиболее сложные уголовные дела. Ветеран войны, заслуженный юрист РСФСР, почётный гражданин Липецка, автор книг и газетных публикаций. В 2023 году его именем названа одна из улиц областного центра в районе Опытной станции.

   Текст: Анна Дикарева при участии объединённой пресс-службы судебной системы Липецкой области